Суета вокруг ferrari, или итало-американская комедия положений

      Комментарии к записи Суета вокруг ferrari, или итало-американская комедия положений отключены

в один раз, много лет назад, жил-был в Калифорнии один пластический врач. Профессию собственную он обожал, а профессия платила взаимностью. В общем, этот повелитель скальпеля очень и очень преуспевал. С его страстью к профессии соперничала только одна — отечественный храбрец безумно обожал машины. Чем экзотичнее, тем лучше. И немудрено, что целый немаленький участок у его дома был заставленБентлями, Альфами, Лянчами и Роллсами разной степени винтажности.

И еще в громадном хируржьем сердце нашлось место для любимой жены. Которая, но, на дух не переносила все эти воняющие и текущие флюидами самобеглые повозки, которыми ее супруг зачем-то захламил целый двор, и еще уделял им столько времени, денег и сил. Но она весьма обожала европейскую историю, архитектуру и культуру. Как минимум вследствие того что для приобщения к оным нужно было путешествовать — и хоть некое время не видеть данный железячный бардак во дворе.

В целях соблюдения домашнего мира и эквилибриума ежегодно упаковывись чемоданы, составлялись семья и маршруты отправлялась в европейское турне. Которое по форме больше было похожим вестготский набег — ни один музей и собор на выбранном пути не должен был остаться пропущенным. А вовсе кроме того посещенным и с великим тщанием обследованным.

Суета вокруг ferrari, или итало-американская комедия положений

в один раз, в Северной Италии, в то время, когда все мероприятие превратилось в размытую череду культурных объектов — сейчас полдень среды, значит это Модена — у бедного эскулапа произошло пресыщение. Сославшись на заболевшее колено, он запросил у благоверной пощады и однодневного увольнения с этого праздника судьбы.

Что врачу реально требовалось — это срочная инъекция автомобилизма. Посему когда супруга отбыла с водителем, дабы покорить очередное дуомо и пьяццу, отечественный храбрец быстро ссыпался в лобби гостиницы и поймал за пуговицу дежурного консьержа. Я искать вот что, — напрягая все собственные познания в базисном итальянском-туристическом, начал растолковывать он. — это место коммерческой деятельности в этом городе, где имеется громкие машины.

10 мин. рывковых знако-переменных нагрузок, тормозного скрежета и двигательного тарахтения и потрепанное такси сгрузило американского гостя перед долгим рядом гаражей с неким подобием магазинного прилавка на центральной площадке. У многих гаражей ворота были нараспашку и везде кипела работа. Летели искры сварки, взвизгивали терзавшие металл ножовки, скрежетали напильники. В углу чернявые заскоруслые типы в рабочих остроносых ботинках и комбинезонах превращали листовой алюминий в какие-то округлые подробности. Главным инструментом были киянки и поминание всех земных и святых матерей, и было неясно, что из всего этого было самоё эффективным.

До тех пор пока отечественный хороший врач терялся в предположениях и пробовал отыскать себя в этом бедламе, перед ним материализовался хорошо сбитый гражданин, очень напоминающий главного храбреца криминального телевизионного сериала Коджак. Безо всякой помощи переводчика он обозначил себя распорядителем этого места. Коммуникация не могла быть проблемой — лингва франка этого места были громкие и стремительные машины.

Некая заминка вышла только с обозначением бюджета. Но когда познание о сумме в 2500 долларов — карманных расходах для успешного американского врача — было удачно достигнуто, все закрутилось как на прекрасно смазанных подшипниках.

Гостя провели в самый захламленный гараж, где в углу пылилось что-то приземистое, торпедообразной формы, с колесами, прикрытыми мотоциклетными крыльями. Цвет кузова был красный. Но вот покраска… Было чувство, что маляр собственной щедрой, но нетвердой рукой обмазал веником везде, куда имел возможность дотянуться, и в довершение зачем-то обмахнул сотворенное факелом от паяльной лампы.

Потенциальному клиенту сие чудо было представлено как спортивная гоночная macchina, готовая в любую секунду выйти на автостраду. На итальянском все это звучало в высшей степени эмоционально, увлекательно и, основное, весьма убедительно.

Время поджимало — госпожа Док уже, вероятнее, была на пути обратно в гостиницу. Не раздумывая, он кинул пачку купюр на прилавок, как бросают горсть монет в кафе, и ринулся наружу ловить такси.

Хороший врач успел практически забыть обо всем этом эпизоде, пока не взял извещения, что пароход с его приобретеним добарахтался до гавани Нью-Йорка. То, что смотрелось не очень волнующе под жарким итальянским солнцем, и вовсе растеряло всякую привлекательность под холодным и пронизывающим ветром с Гудзона.

Как и большая часть иммигрантов, автомобиль сходу попал в оборот.

Скоро остывший к обновке врач задвинул собственный приобретение некоему яйцеголовому типу, что получал на судьбу ответом заумных уравнений. В конце собственного жизненного цикла эти математические монструозности преобразовывались в самолетные турбины. Сумма транзакции была достаточна для приобретения легко подержанного Кадиллака, года так 1960-го.

Новый обладатель купился в первую очередь на необычность конфигурации двигателя и замороченные подходы к получению большой отдачи. По всей видимости, долгое созерцание верхнеклапанного блока с 12 лилипутскими цилиндрами с адовой кучей распредвалов и толкателей вогнало беднягу в транс.

В противном случае не растолковать желание — срочно реализованное — раскидать все это непотребство до последнего болта и собрать все сызнова. С куда более высоким качеством, чем вышло когда-то у тёплых итальянских парней, наскоро скастрюливших это чудо, в то время, когда оно в первый раз заметило свет.

Премьера на территории США состоялась на сборе Клуба винтажных спортивных машин, ветшайшего в Соединенных Штатах, на гоночном треке в Лайм Роке, штат Коннектикут.

В том месте она и попалась на глаза Стэну Новаку. Чтобы выяснить, чем авто так заинтересовало этого почтенного господина, нужно мало поведать о Стэне. На первый взгляд, на поверхности, он совсем обычен, кроме того обыденнен. Он встретит вас стандартным комплектом смолл-тока, из которого вы осознаете, что он добропорядочен до скукоты, прекрасно относится к домашним животным а также чадолюбив. Но в это самое время в… О-о, в вашему взгляду предстанет нескончаемое собрание самых разнообразных познаний обо всем, имеющем касательство к Феррари.

Господин Новак, как кипящий горшок с адским варевом, готов при мельчайшей провокации закидать вас брызгами из нескончаемых характеристик и серийных номеров, дат гонок, участвовавших в них водителей, прочих фактов и прозвищ механиков, хоть как-то касающихся всего когда-либо происходившего на фабрике в Модене и около нее. Сравниться со Стэном по точности и глубине познаний имел возможность разве что второй ферраристи-всезнайка,Джеральд Р. Руш.

Но, по некоему последовательности обстоятельств, встретиться с обладателем и пощупать его авто лично Стэну не удалось. Пропав по окончании клубного сбора на некое время, машина опять всплыла в сердце американского Мидвеста — в частности Колумбусе, штат Огайо, как часть быстро разрастающейся автоколлекции некоего ювелирного магната, сделавшего состояние на продаже по почтовому каталогу обручальных колечек с травяного калибра драгкамнями впечатлительным юным девам.

Продолжительно наслаждаться приобретением новому обладателю не довелось, потому что по призыву из небесной канцелярии пожилой автоэнтузиаст отправился в страну вечной охоты и заоблачных авторазборок. И первое, что сделала печальная вдова — попыталась поскорее избавиться от табуна грохочущих самобеглых железяк, к каким почему-то был столь привязан покойный.

Клиент нашелся скоро — Герцог Ричмондский, обладатель еще большей коллекции грохочущих самобеглых железяк и организатор Гудвудского фестиваля скорости, проходившего, для удобства, точно на скромном бэкъярде аристократа. Он мгновенно осознал сокровище в то время уже безрадосно выглядещего аппарата и вознамерился вернуть его во всей мыслимой и немылсимой оригинальности и славе. Но, это была лейбористская Англия, где трудиться на отвяжись и вечно бастовать было основной трудовой доблестью.

Посему кроме того столь хороший супруг не смог совладать с криворукостью и пофигизмом подряженных ремесленных людишек. Жару в пламя праведного герцогского бешенства добавил уже привычный нам господин Стэнли Новак, выписанный из Штатов в качестве специалиста-оценщика вышедшего из-под заскоруслых лап английских гегемонов изделия, и моментом нарисовавший титулованному коллекционеру долгий перечень несуразностей и огрехов, распознанных при осмотре. Клиент в следствии остыл к проекту, многострадальный аппарат был затолкан в самый дальний угол безразмерного герцогского гаража и поставлен под пылезащитный полог. Господин Новак же отправился к себе, в Штаты.

В следующий раз заметить машину Стэну довелось, гостя у герцога по прошествии некоего времени. Полог над машиной к тому времени посерел от собранного толстого слоя пыли, а само авто было предметом оживленной переписки между управляющим герцогским гаражом и неким начинающим коллекционером — южноафриканцем.

В конечном счете сделка состоялась, и в самом финише 70-х годов авто опять отправилось за океан, а господин Новак был в роли начальника проекта по реставрации этого автомобиля. Новый обладатель легко и незамысловато обрисовал собственные пожелания к результату — пускай машина возвратится к тому состоянию, в то время, когда на ней сох самый первый слой краски. Уже несуществующая сейчас компания Гран-при Инжиниринг совершила все работы, по окончании чего авто уплыло в ЮАР. В то время машина стала одной из первых, оцененных в шестизначную цифру (в тогдашних, куда более весомых, долларах). Из-за предстоящих событий в ЮАР африканский период судьбы автомобили отследить стало нереально.

Известно только, что в 2004-м году автомобиль поменял обладателя в последний раз. Им стал нью-коллекционер и йоркский финансист Джим Гликенхаус, отваливший за этот потертый колесный антиквариат кульную сумму в 770,000 долларов.

В 2012-м он выкатил машину на Конкурс Элегантности в Пеббл Бич, предварительно вколотив еще около полумиллиона в реконструкцию. Оценочная цена конечного продукта? Около 8 миллионов. Кроме этого, машина вероятно держит вызывающий большие сомнения рекорд автомобиля, что в качестве груза преодолел в разы большее расстояние, чем когда-либо проехал самостоятельно.

А ведь в случае если поразмыслить… Вся эта история произошла только вследствие того что у одного американского пластического врача произошёл культурный передоз и он возжелал совершить полдня далеко от соборов и музеев. В ходе чего случайно и приобрел самую первую в мире Феррари.

Запись в рандоме:

Кушать подано Новогодние комедии русские Russkie novogodnie filmi Novogodnie komedii


Еще немного статей:

  • Ferrari, которую больше 30 лет прятали в квартире

    Всем пятницы! В большинстве случаев я выясняюсь достаточно ленив либо занят, дабы оперативно отписывать всякие знаменательные и курьезные события из мира…

  • Gran turismo ferrari ff

    В начале Марта 2011 года на интернациональных смотринах в Женеве начинала одна из самых необыкновенных моделей Ferrari называющиеся FF, что обозначает…